Читатель знакомы ли те

Обязательная контрольная работа по дисциплине «Русский язык»

читатель знакомы ли те

службою столько же, какъ вы, читатель, знакомы съ кохинхинскимъ языкомъ. остались бы те же солдаты, изнуренные необдуманными маршами. Всем нам знакомы случаи, когда «взахлеб прочитывается книга». Это происходит в те мгновения, когда читатель как бы сливается с автором, когда . например в тех специальных зданиях, которые называются “школами”. светскими школами, с которыми большинство читателей знакомы лучше.

Бригадир внезапно перестал хохотать и заковылял. XI Мы прошли еще с четверть версты. Владетельница деревушки, постоянная обитательница Петербурга, статская советница Ломова, отвела — как я узнал впоследствии — этот уголок бригадиру. Она велела выдавать ему месячину, а также приставить к нему для услужения проживавшую в той же деревне дурочку из дворовых, которая хотя и плохо понимала человеческую речь, однако могла, по мнению советницы, и пол подмести и щи сварить.

На пороге флигелька бригадир снова обратился ко мне с прежней екатерининской улыбкой: Всё в нем было до крайности грязно и бедно, так грязно и так бедно, что бригадир, вероятно заметив по выражению моего лица, какое впечатление произвело на меня его жилище, промолвил, пожав плечами и прищурившись: Заговорив с ним по-французски, я не получил ответа на этом языке.

Два предмета особенно поразили меня в жилище бригадира: Портрет был плохо написан — но, наверное, очень схож: Оно не глядело на зрителя, как бы отворачивалось от него и не улыбалось; в горбине узкого носа, в правильных, но плоских губах, в почти прямой черте густых сдвинутых бровей сказывался повелительный, надменный, вспыльчивый нрав. Не нужно было особого усилия, чтобы представить себе, как это лицо могло внезапно загораться страстию или гневом. Под самым портретом, на небольшой тумбочке, стоял полузавядший букет простых полевых цветов в толстой стеклянной банке.

Бригадир приблизился к тумбочке, воткнул в банку принесенные им гвоздики и, обернувшись ко мне и подняв руку в направлении портрета, промолвил: Слова Наркиза пришли мне на память: Ты стоишь, не чукнешь — а он туды-сюды бригадир захохотал.

читатель знакомы ли те

В Варшаву-то на казачьей лошади въехал; сам весь в бралиантаха полякам говорит: XII Я снова попытался вступить в беседу с бригадиром; но он, видимо, устал, опустился, кряхтя, на лежанку и, простонав: Помнится, меня тогда удивило, как это у мужчины могли быть подвязки? Я не сообразил, что в прежнее время все их носили.

Бригадир принялся зевать продолжительно и откровенно, не спуская с меня отупелых глаз: Бедный старик, казалось, не совсем даже понимал мои вопросы И он брал Прагу! Но мне все-таки сдавалось, что в жизни бригадира происходили события еще более необыкновенные. Огурец принес белого квасу в железном ковшике; бригадир напился с жадностью — руки его тряслись. Огурец поддерживал дно ковшика. Старик старательно отер свой беззубый рот обеими ладонями — и снова, уставившись на меня, зажевал и зачмокал губами.

Я понял, в чем дело, раскланялся и вышел из комнаты. Они тут у нас в приходском кладбище похоронены; верст отсюда пять.

Василий Фомич каждую неделю беспременно к ним ходят. Да он же их и похоронил и ограду поставил на свой кошт. Сам я барыни той, признаться, не знавал — а, говорят, 52 промеж их дела были Я не почел за нужное расспрашивать Огурца — дал ему еще двугривенный — и отправился домой. Василий Фомич Гуськов познакомился с Аграфеной Ивановной Телегиной в Москве, вскоре после польского погрома; муж ее служил при генерал-губернаторе, а Василий Фомич находился в отпуску.

Он тогда же в нее влюбился, но в отставку не выходил: Муж ее вскоре умер. Она осталась после него бездетной, в бедности, в долгах Василий Фомич узнал об ее положении, бросил службу ему дали при отставке бригадирский чин и отыскал свою любезную вдовушку, которой всего двадцать пятый год пошел, заплатил все ее долги, выкупил имение С тех пор он уже с нею не расставался и кончил тем, что поселился у.

Она тоже словно полюбила его, но выйти за него замуж не хотела. Но блажь Аграфены Ивановны принимала иногда размеры необычайные: Однажды она с лестницы своего казачка столкнула, а тот возьми да переломи себе два ребра да ногу Приехал суд, отрыли тело И как же вы полагаете? Василий Фомич всё на себя.

Ну, разумеется, сейчас все судьи там, приказные, полицейские До самого француза — вот как француз к нам в Расею приходил — всё трепали; тогда только бросили. Ну, а Аграфену Ивановну он обеспечил — точно; он ее спас — так сказать. Ну и после, до самой ее кончины, он у ней жил, и, сказывают, помыкала же она им — бригадиром-то — зря; пешком из Москвы в деревню посылала, ей-богу — за оброком. Так вот он, бригадир-то, с тех мест и скопытился Ну, а теперь уж он, конечно, не в числе человеков.

Алчная была душа, уж точно жидовская.

И.С. Тургенев. Бригадир

Сестре в рост деньги отдавал, а Василий Фомич поручителем. Я был тогда очень молод — и, быть может, именно потому и считал своей обязанностью не верить в продолжительность любви. Всё же я был поражен и несколько озадачен слышанным мною рассказом, и ужасно мне захотелось расшевелить старика, заставить его разговориться. По заплесневшим верхним бревнам этого сруба с писком пробирались, беспрестанно скользя и хлопая крыльями, тщедушные индюшата.

На двух-трех грядах росла кое-какая убогая зелень. Я поклонился ему и осведомился об его здоровье.

День: 22.10.2018

Он, очевидно, не узнал меня, хотя и отдал мне мой поклон, то есть прикоснулся рукой к картузу, не переставая, однако, жевать морковь. А мне тоже позволяют. Я не с тем Ряды на ряду растут. Уже большое пространство запестрело от. Срезанная трава и цветы опустили головки и вянут. На рядах ещё сильнее стрекочут и прыгают из-под ног кузнечики.

Вариант 4 Ночи уже не. Звёзды погасли, и небо представлялось серо-голубым, хмурым. Чугунные плиты, памятники и почки на деревьях были подёрнуты росой. В воздухе резко чувствовалась свежесть. За оградой уже не было того оживления, какое я видел ночью. Когда человек утомлён и кочет спать, то ему кажется, что то же самое состояние переживает и природа. Мне казалось, что деревья и молодая трава спали.

— Абакан Сегодня

Казалось, что даже колокола звонили не так громко и весело, как ночью. Беспокойство кончилось, и от возбуждения осталась одна только приятная истома, жажда сна и тепла.

Теперь я мог видеть реку с обоями берегами. Над ней холмами то там, то сям носился лёгкий туман.

читатель знакомы ли те

От воды веяло холодом и суровостью. Когда я прыгнул на паром, на нём уже стояло чья-то бричка и десятка два мужчин и женщин. Канат, влажный и, как казалось мне, сонный, далеко тянулся через широкую реку и местами исчезал в белом тумане. Вариант 5 Глубокая, глубокая осень.

Убранные поля опустели, и на межах остались только качающиеся от ветра сухие кустики полыни полевой рябинки. В саду медленно опадают листья и сметаются во все канавки и впадины дорожек. А скоро земля застынет, и в морозном воздухе запорхают первые снежинки.

Но пока ещё не хочется в дом; бродишь по пустым, засоренным дорожкам в саду, ищешь на дереве забытое, неснятое яблоко, которое кажется вкуснее тех, что лежат в подвале на свежей соломе.

Ходишь, к чему-то прислушиваешься и всё осматриваешь, как будто в последний .